Театральные заметки

вкл. .

Русский театр.

 

Бенефис г-жи Савиной.

 

В бенефис свой, в пятницу, 12 февраля, М. Г. Савина поставила одноактную комедию Тургенева «Провинциалка» и «Своя семья», трехактную комедию Шаховского, Грибоедова и мельницкого, в первый раз представленную семьдесят лет тому назад.

Очевидно, артистка желала держаться на почве серьезного репертуара и, в виду этого, возобновила, в свой бенефис, отказавшись от новинок дешевого комизма.

Отдавая всю справедливость достоинствам «Провинциалки», нельзя, однако, не заметить, что постановка ее в бенефисный спектакль была огромной ошибкой г-жи Савиной. Дело в том, что прекрасная эта пьеса Тургенева до того известна, до того, если можно так выразиться, заиграна даже на любительских спектаклях, что, взяв на себя роль провинции, г-жа Савина должна была дать нам в этой роли что-нибудь действительно из ряду вон выходящее и выделиться среди других исполнительниц.

В противном случае, артистке грозил неуспех. Таким образом, г-жа Савина рискнула – и в своем риске сыграла на проигрыш. Роль провинциалки совершенно не в ее средствах. Тон, взятый г-жой Савиной, неверен, неверен до того, что противоречит даже тексту пьесы. Тургенев дает нам тип провинциалки, воспитанной в аристократическом доме, следовательно, привыкшей с детства к светским людям. Правда, она прожила известное время в провинции, в глуши, и отстала может быть, от прошлого; но затем, при приезде графа, в ней проснулось вдруг это прошлое, и она кокетничает с графом, как самая опытная светская кокетка, и побеждает его именно своей светскостью, умом и тактом. Провинциалка Тургенева – женщина умная, решительная, смелая до насмешки над человеком, от которого зависит ее судьба, и светски порядочная.

Г-жа Савина не оттенила этих главных существенных черт роли. В первой части пьесы она, готовясь встретить графа, как будто робела перед его приходом, при появлении графа – она смущалась, приседала перед ним и, затем, главным орудием кокетства брала не лесть, не «воспоминания», как это требуется пьесой, но улыбку, глазки, словом, средства, доступные всякой хорошенькой женщине. Между тем, провинциалка Тургенева, может быть даже и не хорошо, но, тем не менее, может заставить стать петербургского графа перед собой на колени; перед такой же провинциалкой, какою ее изображала г-жа Савина, граф Любин никогда не решился бы сделать это.

У провинциалки есть несколько фраз, давным-давно известных и прекрасно оттеняющих роль, если она ведется в должном тоне. В разговоре, например, с Мишей, она строго перебивает его вопросом: «что вы понимаете?», затем. Знаменитое «ступай, mon ami», потом ответ графу: «Вы думаете» - на его слова: «я вас понимаю» и т. д. Пропали также два известных монолога провинциалки, способные вызвать в зале бурю аплодисментов.

В роли графа Любина положительно был хорош г. Далматов. По крайней мере, он значительно выделялся гримом, осмысленной игрой и верным тоном среди других исполнителей. Один только упрек можно сделать артисту – не то, что в шарже, но в склонности к последнему, выражающейся в слишком уж «развинченных» ногах.

[…]По части режиссерской можно еще заметить, что нельзя начинать спектакля «провинциалкой», так как играть эту, вполне салонную, тонкую, пьесу на «холодную» еще залу очень трудно.

Гражданин. 1888. № 46. 15 февраля.