Реформы высших органов управления

вкл. .

 

82133873 4000579 2016006В конце 1808 г., после разных частных дел, ваше величество начали занимать меня постояннее предметами высшего управления, теснее знакомить с образом ваших мыслей, доставляя мне бумаги, прежде к вам вошедшие, и нередко удостаивая провождать со мною целые вечера в чтении разных сочинений, к сему относящихся; из всех сих упражнений, из стократных, может быть, разговоров и рассуждений вашего величества надлежало, наконец, составить одно целое: отсюда произошел план всеобщего государственного образования

 

 

М.М. Сперанский в письме Александру I

 

 

"Ни в одном государстве политические слова не находятся в таком противоречии с реальностью, как в России..."

 М.М. Сперанский

 

Император Александр, его приближенные и высшия правительственныя лица писали гуманные указы и делали распоряжения, которыми восторгались современники и в особенности иностранцы, но чиновничество, не сочувствуя такому направлению, предпочитало придерживаться старым порядкам и часто не исполняло указов, даже и высочайших. «Превосходнейшие законы без исполнения, говорит современник П. Сумароков, несравненно хуже безразсудных, с строгим оных соблюдением».

Это неисполнение вызывало жалобы, заставлявшия посылать ежегодно сенаторов на ревизию в губернии, давать им обширныя полномочия, но и это, как увидим, мало помогало делу, главным образом потому, что высшее правительство и низшее чиновничество было в полной разобщенности как между собою, так с обществом и народом. Если между ними не было пропасти, в полном значении этого слова, то был очень глубокий и широкий ров, перешагнуть через который стоило больших усилий. Была масса чиновников, безграмотных и невежественных, но правительства, в смысле стройной и твердой силы, тогда не было; не было власти, объединяющей и скрепляющей, и каждый преследовал свои личные интересы, жил сам по себе.

Дворянство, а в особенности знатные и богатые помещики, считали себя удельными князьями, своевольничали и распоряжались самовластно в своем околодке, не только не подчинялись, а подчиняли себе местную администрацию; их прихотям и затеям не было предела. Граф Алексей Кирилович Разумовский, вдруг совершенно неожиданно, подымался всем домом весною из своего имения Почеп в Баклан, чтобы там слушать соловьев. «Это было во время разлива рек. Сгоняли несколько тысяч крепостных, которые строили дамбы и насыпи для графскаго проезда» (Васильчиков. „Семейство Разумовских", т. II, 109).

 

Дубровин Н. Русская жизнь в начале XIX века // Русская старина. 1899. Т. 97. № 1. С. 4.